Школа выросла из потребностей: моих и рынка
Марина Батуринец о создании Bazilik, своем опыте, студентах и лекторах
Марина Батуринец
Директор школы
Школа выросла из потребностей — моих и рынка.
Я родилась в нестабильное время, когда работа большинства людей поколения наших родителей уже не могла их прокормить и они хватались за клетчатые сумки «челночников». Потому для моих мамы и папы было очень важно дать мне «нормальную», серьезную профессию. Так я получила диплом юриста и даже пыталась работать по специальности. Поскольку дала родителям слово, что попробую.

Однажды я проснулась и поняла, что не буду счастлива, пока это будет продолжаться. Я не хочу ходить в суд или быть помощником нотариуса. Я всегда любила писать и фотографировать, а потому пошла пытать судьбу в сферах, к которым у меня лежала душа.

Это было девять лет назад. Я кардинально изменила деятельность и ушла в коммуникации: журналистику, фотографию, а потом и в социальные медиа. Сначала мне приходилось параллельно работать официанткой, чтобы зарабатывать на жизнь и первую камеру, но со временем все стало на свои места. Я работала фотографом: снимала футбольные матчи, концерты, бэкстейджи, и журналистом — писала лайфстайл-статьи.

Первый опыт в социальных медиа у меня случился в фотошколе Тараса Маляревича. Я увидела пост в Facebook, что на работу ищут эсэмэмщика (SMM-специалиста). Поскольку находилась в перманентном поиске своего призвания, пошла гуглить, кто это такой. Узнала из «Википедии», что это человек, который пишет и фотографирует. Поняла, что это же я, и пошла на собеседование. Меня взяли. В фотошколе я параллельно училась и работала, со временем стала правой рукой Тараса и помогала в его школьных делах: составляла расписание, отбирала лекторов, писала новые программы. Директорский потенциал проявлялся уже тогда, хотя я совсем этого не понимала (смеется).

Потом была революция, фотошкола закрылась, и я пошла работать эсэмэмщиком на «Арт-завод „Платформа"», а заодно освещала почти все ивенты, которые там проходили. Это было шесть лет назад.

Тогда в Украине не так много людей знали, что делать с соцсетями. Были несколько брендов, которые делали «вау», а все остальные пытались им подражать. Если сейчас Instagram каждой второй кофейни — шедевр, тогда вау-коммуникацию вел только Make My Cake. Специалистов на рынке тоже было мало. Я училась на практике, на собственных шишках, по статьям из Google и по опыту коллег.

Знакомые начали обращаться ко мне с запросом «повести соцсети», и сначала я не отказывала, но в какой-то момент желающих стало слишком много, а специалистов, которым я могла бы передать эти запросы, не было. Правда, были подружки, которые тоже хотели работать в социальных медиа и обращались с просьбой научить. Или подсказать, где учат. «Я тоже хочу в эту сферу, расскажи, что нужно делать». Но отправить учиться было некуда.

Стало очевидно, что сама я не могу ни все вести, ни всех научить. И я решила сделать проект во время отпуска — собрать ребят, которые что-то знают о социальных медиа, и запустить курс.

Главный пинок дал мой друг, журналист Егор Мостовщиков. Он иногда приезжал из Москвы, читал лекции по журналистике, на которые я ходила, и после одной из них сказал: «Вот ты ходишь ко мне, а я к тебе нет, а я ведь совершенно ничего не знаю об SMM». Он сказал это осенью, а зимой у меня уже был Bazilik.

Когда я собралась делать школу, написала пост. На него мне ответил Женя Зингерман, сказал, что у него готов блок со стратегией и он тоже считает, что подобный проект нужен рынку. Он тогда пришел, и так, плечом к плечу, мы работаем уже четвертый год. Иногда мы шутим, что в Украине уже сложно найти человека, которому Женя не рассказывал о стратегии. Но каждый раз все равно находятся желающие послушать.

Когда Женя показал мне, что он хочет рассказывать первым нашим слушателям, я сначала подумала: «Этот чувак сделал все, что я хотела». Поэтому добавила всего несколько блоков по работе с разными каналами и контентом, и мы запустились. Программа, с которой все начиналось, благодаря отзывам студентов несколько раз дополнялась, но существует до сих пор. Это SMM Intensive. Как ни крути, самая запрашиваемая программа в школе.
Я очень рада тому, что к нам люди приходят и остаются. Как лекторы, так и студенты.
О каждом из первых у меня есть история. Например, с Женей Тимошенко, преподавателем по таргетингу, мы познакомились в Барселоне. Оказалось, что именно он настроил рекламу, по которой я купила билеты. Подумала, что человек, сумевший продать тур мне, должен учить других настраивать рекламу.

За Андреем Баштовым, главным редактором The Village, я охотилась больше года. Говорила ему, что для него у меня готов курс о медиа, а он постоянно отнекивался, ссылался на нехватку времени. Однажды я написала ему: «Давай будем честными, у тебя никогда не будет лишнего времени, но это не значит, что рынку не нужен курс». И он согласился преподавать. В марте мы выпустили первых студентов, которые знают, как запустить корпоративные медиа, и впереди у нас большие планы.

Аня Лисовская, куратор Copywriting Full Course, почти с самого начала с нами, и на любой ее интенсив, воркшоп или курс каждый раз sold out, даже в пятницу вечером.
Курсы рождаются по запросу студентов, рынка или благодаря лекторам.
Иногда я вижу специалиста и знания в нем, которые нужно выносить на обозрение. Иногда понимаю, что мы как школа хотим занять новую нишу и нам не хватает определенных программ. Конечно, мы слушаем запросы студентов, выбираем топовые направления и ищем под них лекторов. До появления программы на свет уходит довольно много времени — от нескольких месяцев до полугода.

Мы находим лектора, он пишет программу, мы ее утверждаем, тестируем в закрытой группе наших студентов, получаем фидбэк, дорабатываем и только тогда объявляем на нее набор.

Для студентов Bazilik это конструктор. Мне нравится сравнение с Ritter Sport. Мы очень разные по вкусу, но очень практичные квадратики, которые можно комбинировать.

Студенты могут сами определять длительность и интенсивность программы. Могут пройти длинный курс SMM, а потом понять, что им нужен еще интенсив по таргетингу или отдельно копирайтинг. У них всегда есть возможность получить максимум знаний и «дособрать» индивидуальное обучение.

Можно учиться два дня, два месяца или круглый год — каждый решает сам для себя. Я верю, что длительные курсы — продолжительностью в год или два — могут изменить мышление у человека, и это хорошо. Но я за практику. Когда через два месяца учебы наши студенты идут работать в бренды, в общей сложности за год они получат достаточно практики, чтобы перейти на новую ступень в своей специальности.

Главная ценность школы в том, что здесь любой человек, если захочет, может изменить сферу своей деятельности.

Мы следим за успехами, поддерживаем выпускников и рассказываем их истории. Когда к нам приходит бухгалтер Лариса, старательнее всех учится, за два месяца превращается в копирайтера и уходит на новую любимую работу, хочется продолжать и разрастаться. Это реальная история. Наши студенты — наша гордость.

Иногда родители приводят к нам детей 13—14 лет, чтобы те пробовали что-то новое и к моменту окончания школы уже знали, в какую сторону хотят расти и развиваться. У нас была история, когда с разрешения мамы к нам на Instagram Workshop пришел учиться Лев Шуров, сын музыканта Димы Шурова (Pianoboy). В качестве первой работы родители доверили Льву официальный аккаунт группы. И это очень круто — приобщать ребенка к общему семейному делу и давать ему возможность раскрыться.

Я не могу сказать, что Bazilik меняет рынок (хотя для нас это главная ценность, и уже сейчас в каждом пятом бизнесе работают наши студенты), но он точно меняет жизни. А с этого все и началось. С того, что обладательница диплома юриста, помощник депутата Марина решила, что на этой работе она не будет счастлива, и ушла в коммуникации. А там и до директора школы недалеко.